Верховный Суд опубликовал Определение № 306-ЭС20-2351 от 7 июля по делу о взыскании исполнителем подрядных работ с их заказчика процентов за пользование чужими денежными средствами из-за несвоевременной оплаты таких работ.
Управляющий партнер АБ «Бартолиус» Юлий Тай в своем комментарии для Адвокатской газеты назвал верным вывод Верховного Суда в той части, в которой он ушел от оценки положения соглашения сторон об исключении применения штрафных санкций за просрочку исполнения денежного обязательства с точки зрения отказа от осуществления права и вовсе не упомянул в тексте п. 2 ст. 9 ГК РФ, на который ссылался заявитель кассационной жалобы. «Это имеет важное значение для судебной практики, которая медленно, но верно идет к тому, чтобы не рассматривать негативные обязательства в качестве отказа от осуществления права. Но, с другой стороны, несколько удручает патернализм ВС РФ, который применил ст. 401 ГК РФ, хотя заявитель ссылался в жалобе на ст. 9 ГК РФ, то есть при реальном равноправии и состязательности сторон заявитель жалобы должен был проиграть», – полагает он.
По его мнению, Верховный Суд последовательно проводит позицию, высказанную за месяц до этого в определении № 305-ЭС19-25839, основанную на п. 4 ст. 401 ГК РФ о том, что обязанная сторона не обладает безграничной свободой усмотрения при формулировании условия о собственной ответственности: «Условие об исключении ответственности <…> за просрочку выплаты должно признаваться ничтожным (если оно изложено буквально) либо толковаться ограничительно в системной взаимосвязи с положениями п. 4 ст. 401 ГК РФ и не подлежит применению к случаям умышленного нарушения <…> обязательств».
Старший юрист АБ «Бартолиус» Александра Овсянникова добавила, что в данном споре и деле № А40-231971/2018 на первом круге разбирательства не рассматривался вопрос о наличии или отсутствии умысла, в связи с чем такие дела были направлены на новое рассмотрение. «При этом ВС указал, что “в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства”. Такой подход ВС РФ со ссылкой на п. 4 ст. 401 ГК РФ в целом представляется верным, однако для случаев с денежными обязательствами это заведомо означает, что для предпринимателей принцип свободы договора в части ограничения ответственности за неисполнение денежного обязательства лишь случаями умышленной вины фактически не работает», – убеждена она.
По словам эксперта, во-первых, вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное (п. 5 Постановления Пленума ВС № 7), а во-вторых, в соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ отсутствие у должника-предпринимателя необходимых денежных средств не является обстоятельством, освобождающим от ответственности. «Трудно представить, какое именно поведение должника в случае с невозможностью исполнения денежного обязательства будет свидетельствовать о той заботливости и осмотрительности, которая необходима для освобождения его от ответственности», – подчеркнула Александра Овсянникова.
Полная версия публикации: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-isklyuchenie-lyuboy-otvetstvennosti-zakazchika-za-prosrochku-ispolneniya-obyazatelstva-nedopustimo/
