ВС рассмотрел дело, в котором гражданина признали банкротом, но обеспечительный арест, наложенный до банкротства, остался. Нижестоящие суды эту очевидную проблему не решили.
Судьи коллегии по гражданским делам ВС отправили дело об аресте имущества гражданина, который был признан банкротом, на новое рассмотрение (дело № 13-КГ21-2-К2).
По мнению партнера Адвокатского бюро «Бартолиус» Натальи Васильевой, рассматриваемое определение продолжает тему правовых последствий введения процедуры банкротства гражданина. Закон о банкротстве (ст. 213.11 и 213.25) предусматривает, что с момента введения процедуры реструктуризации долгов и процедуры реализации имущества гражданина соответственно снимаются ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения имуществом гражданина. Аналогичные последствия указаны в ст. 126 Закона. Предусмотрев данные последствия, закон, тем не менее, не урегулировал процедуры подобного снятия, что явилось основанием для рассмотрения вопроса и конституционности указанных положений (Постановление КС № 1-П от 31.01.2011 №1-П).
К сожалению, рассматриваемое определение ясности в указанный вопрос о механизме снятия арестов с имущества должника как последствий введения в отношении него процедуры банкротства не внесло. «Получив» такой актуальный вопрос на рассмотрение, гражданская коллегия ВС РФ могла более многословно и глубоко его осветить, следуя примеру коллег из судебной коллегии по экономическим спорам, однако судьи ограничились лишь 1 абзацем общего характера, сосредоточившись на анализе конкретных обстоятельств дела.
Тем не менее, определение содержит важные промежуточные выводы: с момента введения в отношении гражданина процедуры банкротства все его имущество приобретает статус конкурсной массы, что предполагает возможность его отчуждения только в рамках дела о банкротстве финансовым управляющим под контролем кредиторов и суда, что исключает в свою очередь приоритетное удовлетворение требований тех кредиторов, которые не заявили свои требования в реестр требований кредиторов должника.
Что касается вопроса участия супруга должника в деле о банкротстве гражданина, то данный вопрос уже нашел свою детальную проработку в судебной практике, что, кстати не было применено в деле о банкротстве, указанном в рассматриваемом определении ВС. Поскольку согласно п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве в деле о банкротстве гражданина реализации подлежит его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу на праве общей собственности, то в рамках дела о банкротстве финансовый управляющий обязан осуществлять поиск не только имущества должника, но и имущества, зарегистрированного за его супругой\бывшей супругой. Для чего в первую очередь финансовый управляющий обязан получить в органах ЗАГС сведения обо всех заключенных должником браках, а органы ЗАГСа обязаны соответствующие сведения финансовому управляющему предоставить (Определение ВС от 29.04.2021 г. по делу № 307-ЭС20-22954). После чего финансовый управляющий обязан направлять запросы во все регистрирующие органы и кредитные организации как с целью поиска имущества должника, так и всех его супругов (Определение ВС РФ от 04.05.2018 г. по делу № А40-41410/2016-123-29). Указанные действия (поиск имущества супруга должника) в деле о банкротстве Чулкова Ю. А. произведены не были (см. определение о завершении процедуры реализации имущества от 11.12.2017 г.), что привело к тому, что автотранспортные средства, находящиеся в совместной собственности должника и его супруги Чулковой И. Г., зарегистрированные в органах ГИБДД тем не менее только на супругу должника Чулкову И. Г., выявлены не были, в конкурсную массу включены не были. Процедура банкротства должника была завершена досрочно в стремительные 6 месяцев без удовлетворения требований кредиторов в связи с отсутствием конкурсной массы должника.
Между тем, выявив общее имущество супругов, в том числе зарегистрированное не на должника, а на супруга должника, финансовый управляющий обязан включить его в конкурсную массу, разработать положение о продаже имущества должника, представить его на утверждение в суд и приступить к продаже имущества, в том числе зарегистрированного на супруга должника, однако являющегося общим имуществом супругов. При этом не имеет правового значения является ли указанное общее имущество совместным имуществом супругов или находится у них в общей долевой собственности (то есть определены ли доли супругов в общем имуществе или нет). После продажи общего имущества супругов в зависимости от того, имеются или нет общие обязательства супругов, супругу должника подлежит выплате его доля в денежных средствах, вырученных от продажи имущества либо сразу после продажи (при отсутствии общих обязательств супругов), либо после погашения непогашенной части общих обязательств (Определение ВС РФ от 24 декабря 2018 г. N 305-ЭС18-15086(1,2).
Таким образом, при добросовестном исполнении финансовым управляющим своих обязанностей, при эффективном контроле кредиторов и суда за процедурой банкротства должника, избежать обращения взыскания на имущество супруга должника, которое является именно общим имуществом супругов (то есть нажитым в браке), невозможно. Единственная категория имущества супруга, на которое не может быть обращено взыскание, — это личное имущество супруга должника (то есть в большинстве случаев – приобретенное до брака с должником, полученное в дар в браке, унаследованное в браке). Именно поэтому так важно установить даты заключения и прекращения всех браков должника, даты приобретения имущества, источники его приобретения, что предполагает масштабную деятельность финансового управляющего по направлению запросов и истребованию информации в суде, а также активного содействия суда финансовому управляющему в процессе сбора доказательств.
