Минэкономразвития подготовило законопроект (1 и 2), призванный разрешить судьбу уголовных арестов имущества в банкротстве собственника имущества. Законопроект является имплементацией позиций КС, которые тот сформулировал в постановлении на эту тему. Законопроект пока не внесен в Думу, а лишь предложен на обсуждение.
Согласно законопроекту, решение о снятии ареста может принять только суд, рассматривающий уголовное дело, но не суд, рассматривающий дело о банкротстве. Арест снимается по ходатайству арбитражного управляющего. Арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, может «в исключительных случаях» приостановить производство по делу до вступления приговора в силу. При этом требования лица, заявившего гражданский иск в уголовном деле, включаются в реестр требований кредиторов арбитражным судом. Эти требования удовлетворяются в банкротстве в обычном порядке, без учета уголовного ареста имущества.
При этом уголовный суд в случае банкротства собственника арестованного имущества снимает арест отнюдь не автоматически. Если он придет к выводу, что требование потерпевшего будет отнесено к третьей очереди, и в результате лицо «будет полностью либо в значительной части лишено возможности удовлетворения своих требований в рамках дела о банкротстве», то арест не снимается или снимается лишь в соответствующей части.
Кроме того, в законопроекте говорится, что уголовные штрафы «удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди». Если штраф уплачен другим лицом, ему производится возмещение из конкурсной массы, но тоже в третью очередь. Банкротство считается «уважительной причиной» для неуплаты штрафа при определении того, имело ли место «злостное уклонение» от штрафа (для целей замены наказания на более тяжелое).
В законе о банкротстве написано, что при введении банкротной процедуры все аресты «снимаются», но вопрос о том, касается ли это уголовных арестов, долгое время оставался спорным.
В 2024 году в деле Сметанина (№ 302-ЭС23-10298(2)) экономическая коллегия ВС высказалась в том смысле, что уголовный арест не имеет значения для банкротной процедуры: имущество «подлежит свободной реализации» в общем порядке.
В марте 2025 года Коллегия в связи с рассмотрением трех банкротных споров («Мир дорог» и др.) направила в КС запрос о судьбе уголовных арестов в банкротстве — возможно, желая закрепить свою позицию на более высоком уровне, обязательном и для уголовных судов. Рассмотрение дел в ВС было приостановлено.
Однако после смены руководства в ВС его позиции по многим вопросам, включая и уголовные аресты в банкротстве, радикально изменились. Уже в ноябре 2025 года Коллегия внезапно возобновила рассмотрение трех приостановленных дел, не дожидаясь решения КС, и объявила, что на самом деле уголовный арест в банкротстве не снимается: снять его могут только наложившие его органы (№ 305-ЭС24-23460).
Месяц спустя дело все же было рассмотрено КС (Постановление КС РФ от 17.12.2025 N 46-П), который сформулировал несколько более сбалансированную позицию, но тоже не предполагающую снятия ареста банкротным судом. Нынешний законопроект Минэкономразвития в основном представляет собой почти дословные цитаты из постановления КС.
Чистый результат новых норм будет состоять в том, что лицо, добившееся ареста имущества в уголовном деле, получит «суперприоритет» по отношению к остальным кредиторам в деле о банкротстве: формально такое лицо встанет в третью очередь кредиторов, но в случае недостатка имущества его требования будут удовлетворены из стоимости арестованного имущества.
Хорош ли это результат — вопрос спорный. Я лично не вижу оснований предоставлять такое преимущество потерпевшим от преступления по сравнению с другими потерпевшими от деликтов, в том числе в связи с причинением вреда жизни и здоровью. Но, кажется, тут спорить уже поздновато.
