Конституционный суд (КС) разрешил приравнивать сумму преступно полученного дохода к общей стоимости контракта, при заключении которого был нарушен запрет на ограничение конкуренции. Как следует из опубликованного в четверг постановления суда, КС в принципе не видит оснований отказываться от такого удобного способа оценить «реальную степень угрозы охраняемым ценностям». Учет потенциальных расходов в принципе проблематичен, отмечает суд. Именно от суммы дохода зависит тяжесть вменяемой нарушителю статьи.
Конституционный суд признал не противоречащими Основному закону страны положения ст. 178 УК (ограничение конкуренции), позволяющие приравнивать сумму преступно полученного дохода к общей стоимости контракта.
В ситуации покушения на ограничение конкуренции, когда преступление не окончено и расходы хозяйствующим субъектом еще не понесены, предположение о том, что для определения размера дохода надо учитывать расходы, «было бы лишено всякого смысла», отмечает суд. Расходов еще нет, поэтому и доход, отождествляемый в данном случае с прибылью, невозможно вычислить. Судебная практика также свидетельствует о том, что под доходом, в том числе при покушении на преступление, предусмотренное оспариваемой статьей, понимается цена контрактов. Наконец, в настоящее время законодатель рассматривает возможность закрепить сложившееся понимание этого термина внесением изменений в оспоренную статью, отмечается в постановлении суда.
Эксперты подтверждают, что такой подход к исчислению размеров дохода давно закрепился в уголовной практике.
И это проблема, отметил в своем комментарии Управляющий партнер АБ «Бартолиус» Юлий Тай. Была надежда, что КС все-таки разберется и скажет, что под доходом следует подразумевать именно незаконно извлекаемую прибыль. Однако этого не произошло — КС, по сути дела, исказил экономический и бытовой смысл слова «доход», не приводя при этом убедительных аргументов в пользу такого решения. Получается, что по делам об ограничении конкуренции размер контракта становится основным критерием, определяющим тяжесть содеянного. То есть чем более капиталоемким является вид деятельности — тем более тяжким становится потенциальное преступление в этой сфере, но это же абсурд, недоумевает адвокат. Затем и нужна правоохранительная система, чтобы выявить нарушение и определить, какую выгоду извлек преступник. А если деньги украдены целиком — то это уже совсем другой состав преступления, добавляет он.
Полная версия публикации: https://www.kommersant.ru/doc/5941964
