Фабула дела о залоге.
Общество купило два шасси «Камаз», предназначенные для последующей «доработки» в «готовые к эксплуатации автомобили». Затем общество продало шасси заводу, который уже самостоятельно «доработал» их и продал некоему покупателю.
Между тем общество осталось должно банку, который финансировал покупку шасси по договору факторинга. Между обществом и банком действовал «договор залога будущей вещи» — а именно, будущих автомобилей, которые должны были быть «доработаны из шасси».
Банк заявил свои права из договора залога. Он предъявил иск сначала заводу, а потом и покупателю об обращении взыскания на спорные шасси. Завод в ответ предъявил встречный иск о «о признании его добросовестным приобретателем и признании залогового обременения прекратившимся».
Залог был зарегистрирован в нотариальном реестре залогов. Однако тут есть нюанс.
Шасси «Камаз» — это по сути, самостоятельное транспортное средство, VIN которого совпадает с VIN шасси. Именно под этим VIN транспортное средство и было зарегистрировано в реестре. Однако после «доработки» возникло новое транспортное средство, которому был присвоен новый VIN, хотя VIN шасси остался неизменным. В связи с этим, покупатель, по его словам, не мог найти автомобиль в реестре залогов.
Суды трех инстанций разрешили спор в пользу банка. По мнению судов, «сведения о залоговом обременении были надлежащим образом отражены в реестре уведомлений о залоге движимого имущества», а потому общество-покупатель «могло узнать об обременении, в связи с чем нельзя признать его добросовестным приобретателем спорного имущества, а залоговое обременение — прекратившимся».
Покупатель указывает, что в нотариальном реестре «отсутствуют сведения о залоговых обременениях транспортных средств», которые он купил. Ведь найти нужную запись в реестре можно было лишь «если номер шасси каждого из транспортных средств ввести в графу «VIN»». Покупатель считает проведённые им проверки «достаточными для признания его добросовестным приобретателем, не осведомленном о залоге транспортных средств, в связи с чем считает залог прекратившимся».
Завод пишет, что он не знал о залоге «ввиду несвоевременного внесения сведений в реестр уведомлений о залоге». Он также отмечает, что договор залога был заключён в отношении будущих автомобилей, а банк зарегистрировал залог на шасси. Ввиду этого «предусмотренное договором условие возникновения залогового права не наступило».
Судья ВС счел эти аргументы «заслуживающими внимания» и передал дело на рассмотрение Экономической коллегии.
Комментарий Сергея Будылина, советника Адвокатского бюро «Бартолиус», к.ф.-м.н., LL.M.
По закону залог прекращается, «если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога» (пп. 2 п. 1 ст. 352 ГК). И кассатор, и суды всех инстанций называют такое лицо «добросовестным приобретателем», хотя терминологически это, возможно, не совсем точно: в законе данный термин употребляется лишь в контексте виндикации, ст. 302 ГК.
Главный вопрос в том, «должны» ли были завод и конечный покупатель знать о залоге. Применительно к заводу это скорее вопрос факта: действительно ли, как говорит завод, сведения о залоге были внесены в реестр уже после сделки? Но что касается покупателя, здесь уже речь о судейской оценке его усилий по поиску. С одной стороны, запись в реестре была, с другой — найти ее стандартным методом было невозможно.
Положим, с заводом вопрос спорный, но что касается конечного покупателя, я лично полностью на его стороне. Он купил автомобиль, он проверил его по VIN (безрезультатно), а также по VIN шасси (то же безрезультатно, так как этот номер был записан в другую графу). Чего еще от него можно требовать? Тут претензии могут быть либо к банку, регистрировавшему залог, либо к дизайну самого реестра, но никак не к покупателю.
