Журнал «Закон» обратился ко мне с просьбой прокомментировать новые нормы ГПК и АПК РФ о групповых исках, вступающие в силу с 1 октября. С согласия редакции дублирую текст своего комментария для пользователей портала «Закон.ру».
История групповых исков в отечественном законодательстве выглядит как элемент некоего карго-культа: вроде бы создаются условия для функционирования института, известны его плюсы, но соответствующие иски в суды «не прилетают». Есть два подхода к объяснению того, почему так происходит, и они могут рассматриваться как взаимодополняющие: юридический и социально-экономический (назовем его так). Первый критикует неадекватность норм заимствованного, по сути, института традициям российского права и системе норм российского процессуального законодательства. Второй указывает на фактические условия, в которых эти нормы должны применяться. Это соотношение интересов, в том числе экономических, участников такого судопроизводства, с одной стороны, и интересов государства, которое, вводя новый инструмент судебной защиты прав, рассчитывает, по идее, на увеличение эффективности судопроизводства, — с другой.
Чтобы институт заработал, требуется баланс этих интересов, а право может лишь должным образом оформлять его — создавать, скажем так, рамки, условный аквариум для их полноценной реализации. Возможно, даже устанавливать приоритет одних интересов в ущерб другим, но осознанно, ради какой-то зримой цели.
В случае с групповыми исками баланс изначально не был выстроен, и, как мне представляется, этот недостаток до сих пор не устранен. Само содержание норм в целом сделано единообразным (в масштабах АПК и ГПК), расширены критерии, позволяющие образовать группу, риск дублирующих исков условно снимается так же, как это сделано в п. 2 ст. 65.2 ГК РФ (и в этом смысле содержание процессуальной нормы было предрешено). Однако неопределенными остаются соотношение присоединившихся лиц и соистцов, вопросы преюдиции, конфликта дублирующих исков, допустимости рассмотрения имущественных требований в рамках группового иска и др. И ведь все это не новые вопросы.
Далее, несмотря на то, что возмещение судебных расходов, казалось бы, прописано, этот аспект демонстрирует одно из явных пересечений двух подходов, которые я обозначила выше. Судиться в таком порядке должно быть выгодно в объективной реальности, на практике, и это имеет значение, даже если подобные доводы выглядят несколько приземленными для правовых дискуссий.
При этом подразумевается не только чисто экономическая выгода (потенциальный выигрыш в деньгах): невыгодно нести риск пересмотра уже состоявшегося решения, в том числе многократно. Однако Закон нивелировал преюдицию в каждом из кодексов, сказав, что обстоятельства, установленные судом ранее, не доказываются вновь, «за исключением случаев, если указанные обстоятельства оспариваются этим членом группы лиц» (то есть не присоединившимся).
Насколько для этих лиц вообще должно быть обязательно решение в отношении группы? Как широко следует понимать «уважительные причины» в данном контексте (из более ранней нормы ГК)? А ведь в ГПК даже нормы о прекращении производства по тождественному иску не будет (как в АПК). Поэтому основная проблема групповых исков — как совместить (а) эффективность совместного рассмотрения одинаковых в широком смысле требований с обязательностью итогов такого рассмотрения для участников и (б) недопустимость лишения конституционного права на судебную защиту — не видится решенной. На мой взгляд, новый Закон этот гордиев узел не разрубает и тем более не распутывает.
Комментарий опубликован в рубрике «Событие. Комментарии экспертов»
августовского номера журнала «Закон» и на портале Zakon.ru: https://zakon.ru/blog/2019/9/4/modifikaciya_pravil_o_gruppovyh_iskah_v_processualnyh_kodeksah_est_li_perspektivy__kommentarij_dlya_
