Исключительная компетенция российских арбитражных судов по спорам с участием лиц, в отношении которых иностранные публично-правовые образования применили меры ограничительного характера.*
В июне 2019 г. между открытым акционерным обществом «Российские железные дороги» (далее — ОАО «РЖД») и немецкой компанией Siemens Mobility GmbH был заключен договор на поставку 13 высокоскоростных поездов «Сапсан». Соглашение содержало арбитражную оговорку, в соответствии с которой все споры, связанные с нарушением, расторжением и недействительностью договора, подлежат передаче на рассмотрение Международного
арбитражного суда Федеральной палаты экономики в г. Вене.
В октябре 2022 г. Siemens Mobility GmbH известила ОАО «РЖД» о расторжении договора в одностороннем порядке в связи с введением со стороны государств Европейского союза ограничительных мер (санкций) на продажу, поставку, переправку или экспорт в Российскую Федерацию предметов роскоши, в том числе «моторных вагонов, «пассажирских вагонов», в связи с чем выполнение договорных обязательств является невозможным.
ОАО «РЖД» обратилось в АС г. Москвы с требованием о запрете инициировать судебные разбирательства в иностранных судах и арбитражах, международных коммерческих арбитражах по всем спорам, вытекающим из договора. По мнению заявителя, имеется безусловный риск того, что такие споры могут быть инициированы немецкой компанией за пределами территории Российской Федерации, однако в силу санкционных мер у российских лиц может быть ограничен доступ к правосудию.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2023 заявление удовлетворено. Суд заключил, что само по себе применение мер ограничительного характера создает российской стороне препятствия в доступе к правосудию. При этом отсутствует необходимость в обязательном порядке доказывать влияние ограничительных мер на возможность исполненияарбитражной оговорки, что подтверждается использованным законодателем способом изложения п. 4 ч. 2 ст. 248.2 Арбитражного процессуального кодекса (АПК) РФ, согласно которомуобстоятельства, подтверждающие невозможность исполнения арбитражной оговорки, указываются заявителем при их наличии.
Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 12.07.2023 поддержал выводы суда первой инстанции. Таким образом, перед судами стояли вопросы об исключительной компетенции российских судебных учреждений и применении правил об антиисковом запрете.
Татьяна Стрижова, партнер АБ «Бартолиус» проанализировала позиции сторон и прокомментировала кейс для Вестника Арбитражного суда Московского округа. По мнению Татьяны настоящее дело является примером развития судебной практики в условиях санкций и представляет собой дело об антиисковом запрете. Требование об антиисковом запрете направлено на изменение форума не в связи с недействительностью арбитражной оговорки или оговорки о подсудности, а из-за исключительных обстоятельств, свидетельствующих о невозможности справедливого судебного разбирательства по месту договорной подсудности. Подобный вид антиискового запрета был введен в качестве одной из новелл антисанкционного законодательства. Суть его в том, что он допускает по заявлению подверженной санкциям стороны наделение российских арбитражных судов исключительной компетенцией в случае, если соглашение сторон о рассмотрении споров с их участием в иностранном суде или арбитраже неисполнимо по причине применения за рубежом в отношении одной из сторон такого соглашения санкций, препятствующих в доступе к правосудию (ст. 248.1 АПК РФ).
Доктрина встретила эту норму с определенной критикой. Исследователи полагали, что для ее применения не требуется представления каких-либо доказательств и достаточно лишь заявить о наличии препятствий в доступе к правосудию (1) . Вместе с тем активное правоприменение новеллы началось спустя 1,5–2 года в связи с усилением санкционного давления на Россию в условиях ведения специальной военной операции. Практика показала, что суды изначально не были готовы безосновательно игнорировать юрисдикционные соглашения в условиях санкций и требовали обосновать наличие объективных препятствий к доступу к правосудию. Отсутствие критериев оценки судом наличия или отсутствия таковых привело к неоднородности подходов судов к применению ст. 248.1 АПК РФ. К моменту вынесения комментируемого постановления уже была сформирована практика по делам № А40-98865/2022, А40-98870/2022, утвердившая следующий подход к антиисковым запретам:
— сам по себе факт введения в отношении российского лица, участвующего в споре в
иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами
территории Российской Федерации, мер ограничительного характера предполагается
достаточным для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию в применяющим
ограничительные меры иностранном государстве;
— введение иностранными государствами ограничительных мер (запретов и персональных
санкций), обусловленное политическими мотивами, не может не создавать сомнений в том, что
соответствующий спор будет рассмотрен на территории иностранного государства с
соблюдением гарантий справедливого судебного разбирательства, в том числе касающихся
беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия;
— отдельное доказывание затруднения в доступе к правосудию в иностранном государстве не
требуется.
Комментируемое постановление закрепило ранее сформулированный подход. Вместе с тем анализ и оценка указанных судебных актов не могут быть произведены в отрыве от сложившейся политической ситуации, а также того факта, что ОАО «РЖД» является лицом, в отношении которого непосредственно приняты как секторальные, так и блокирующие санкции ряда стран. Применяя ст. 248.1 АПК РФ, суды прямо указывают на учет целей принятия соответствующих антикризисных мер и исходят из задач, которые решал законодатель, вводя соответствующие
положения.
Однако далеко не все возникающие спорные ситуации являются настолько яркими и пограничными. В связи с этим на практике возникает вопрос о возможности и допустимости применения антиисковых запретов в условиях действия секторальных санкций при отсутствии заявителей в персональных санкционных списках. Единый подход к таким ситуациям пока не выработан.
________
* Комментарии к судебному делу № А40-262826/2022
(1) Гландин С. Антиисковой запрет, или Мина замедленного действия для бизнеса. Как
протекционизм по «Закону Лугового» победил право // Закон.ру. 2020. 8 июня; Карабельников Б.Р.
Российское правосудие защитит обиженных россиян // Закон. 2020. № 7. С. 112, 117.
Источник: Вестник Арбитражного суда Московского округа No 4 2023
