Верховный Суд РФ рассмотрит спор о взыскании с арбитражного управляющего убытков в размере более 9 млн рублей.
Управляющий провел торги, определил победителя, который сразу после их окончания заключил в отношении предмета торгов (права аренды земли) предварительный договор купли-продажи с аффилированным с ним покупателем. Условия данного ПДКП победитель исполнить в срок не смог, т. к. конкурсный управляющий отправил ему договор с задержкой, обусловленной неоднократным принятием обеспечительных мер. В связи с чем на стороне победителя возникла обязанность по уплате покупателю задатка в двойном размере.
Победитель вернул покупателю одинарный размер задатка добровольно, а вторая часть была взыскана судом. Решение суда, однако, победитель не исполнил, а покупатель не совершал действий по принудительному исполнению. Затем победитель пошел взыскивать убытки в размере задатка с управляющего. Спор прошел два круга, управляющий спор проиграл при этом без привлечения страховой организации, что крайне удивительно, т. к. участие страховщика в судебном споре о взыскании с АУ убытков является уже стандартной практикой.
Страховщик инициировал третий круг рассмотрения спора, подав апелляционную жалобу, однако безуспешно. Проиграв и в кассационной инстанции, страховщик дошел до ВС, защищая в первую очередь арбитражного управляющего, но в конечном счете и свой экономический интерес (выплата страхового возмещения). Страховщик в жалобе недвусмысленно дает понять, что сомневается в реальности заявленных договорных отношений между победителем и покупателем в рамках ПДКП. Более того, обращает внимание на аффилированность победителя торгов с должником через общих бенефициаров.
Данное дело в очередной раз обнажает проблему эффективности самостоятельной защиты арбитражными управляющими своих прав при предъявлении к ним требований, которая косвенно была предметом обсуждения еще при вынесении Постановления КС 30-П от 05.06.2023. Сюжет текущего спора иллюстрирует ту же системную проблему. Здесь управляющий прошел два круга рассмотрения требований об убытках без активного процессуального участия страховщика, хотя экономический риск и фактическая база взыскания неизбежно «приземляются» на страховое покрытие.
В подобных конструкциях управляющий защищается ограниченным набором ресурсов и мотивации, а затем возникает ситуация, когда страховщик вынужден догонять процесс на поздней стадии, споря уже с закрепленными выводами судов.
Также, если доводы страховщика в ВС подтвердятся, то мы станем свидетелями пресечения очередного злоупотребления в банкротстве: когда фигура аффилированного с победителем торгов лица и круговое движение однократного размера задатка между ними используется для извлечения выгоды в форме взыскания второго размера задатка с арбитражного управляющего. Вот и получается, что факты закрепляются в споре, где ключевой плательщик де-факто не участвовал, а затем предъявляется счет по уже «готовому» набору выводов.
Верховный Суд получит возможность уточнить стандарт совместной защиты управляющего и страховщика в спорах об убытках и закрепить простой ориентир: при любом споре, где выводы суда потенциально формируют основание для страховой выплаты, процесс должен быть устроен так, чтобы страховщик мог участвовать своевременно и по существу, а не постфактум.
